Раздел 3. Текст в пространстве: ленд-арт, инсталляция

Марсель Бротарс перестроил студию, в которой он открыл свой музей в 1968 году. Пространство было заполнено словами, относящимися к институции — холст, масло, изображение, предмет, копия, туалет. Бротарс переносит поэзию со страниц в реальность. Текст в данном случае становится знаком того, что размещают в музее. Институция превращается в схему: вместо означаемого, наполняется означающим.

В 1958 году Бен открыл свой магазин в Ницце, где покупал и продавал предметы, пластинки и фотоаппараты. Он превратил его в «тотальный арт-центр», место для встреч и дискуссий разных художников. Бен собирал различные работы художников, а а 1974 году он разобрал свой магазин и перенес его в музей. Стены, «доски» и предметы исписаны текстом, круглым и наивным почерком. Фразы прославляют жизнь и ставят под сомнение статус художника.

Бен Вотье размывает грань между искусством и жизнью. Его магазин весь исписан вывесками, отдельными фразами. Это напоминает рекламную культуру смешанную со стрит-артом.

Для Дженни Хольцер текст — главный медиум. Так в 1980-х Хольцер вывела надпись «Защитите меня от того, что я хочу» на электронном табло на Таймс Сквер в Нью-Йорке. Данное место славится обилием рекламных таблоидов.

Текст в работе Хольцлер принимает форму рекламного объявления, но вместо привычного слогана, в котором пестрят желанные товары, появляется необычный для данного контекста смысл.

Дженни Хольцер создает произведения искусства, которые существуют за пределами традиционных художественных пространств. Когда искусство находится на улицах, его одновременно нельзя игнорировать, но при этом его можно просто не заметить в повседневной жизни.

Примером такого подхода являются каменные скамейки Хольцер из серии «Прописные истины». Скамейки, расположенные в городских парках и на кладбищах становятся местом для размышлений. Хольцер работает со многими видами камня и тщательно выбирает материалы, подходящие для гравировки текстов.

«В злоупотреблении властью нет никакого сюрприза» — один из текстов, написанных на скамейке.

Работа Джозефа Кошута под названием «Ноль и нет» указывает как на психоаналитическое отношение к языку, так и на авторитарный характер слов, которые представлены в формате выдержек из «Толкования сновидений» Зигмунда Фрейда. Фрейдиский текст сперва был отпечатан на стенах галереи, а затем заклеен черной лентой таким образом, что он практически перестает быть разборчивым и существовать.

Серия альбомов «Десять персонажей», созданная Кабаковым в 1970-1975х годах содержит в себе истории-притчи, где художественный язык автора обращает внимание зрителя к деликатным и трудным темам человеческого бытия через язык похожий на детскую иллюстрацию. Благодаря альбомной технике, художнику и его единомышленникам удалось экспонировать работы в советские годы цензуры современного искусства, а также это стало частью зрительского опыта пребывания в камерном лабиринте, где находились рисунки из альбомов.

В ретроспективной инсталляции Дженни Хольцер в музее Гуггенхайма мигающие сообщения и фрагменты из различных серий ее работ были помещены на раму внутри музея. Перенос искусства с улицы в музей меняет и аудиторию. Вместо случайных прохожих, ее зрителями становятся посетители Гуггенхайма. Инсталляция поднимает такие вопросы, как жизнеспособность публичного искусства, коммерциализация и его потребление.

Расширение технологий позволяет погружаться в виртуальное пространство, в котором отношения выстраивается иначе. В интерактивной инсталляции «Разборчивый (читабельный) город» зритель может на велосипеде прокатиться по виртуальному городу. В работе используются карты настоящих городов, однако вместо привычных улиц возникают текстовые блоки.